zharevna: (Default)
[personal profile] zharevna
Эскизы костюмов к первому акту балета на музыку Ж.-Ж. Роже Дюкасса "Орфей" (хореография Михаила Фокина), выполненные Львом Бакстом к неосуществленной постановке Мариинского театра в 1914 году. Фото: ГМИИ им. А. С. Пушкина
Когда в Европе и Америке прошелестела фальшивая новость о присуждении Льву Баксту (1866–1924) Нобелевской премии, мало кто этому удивился. Во-первых, ждать от ближайшего соратника Сергея Дягилева можно было чего угодно и в любом жанре (греческий травелог как раз и выказывает Бакста вполне талантливым литератором, баловавшимся, помимо прочего, и беллетристикой). Во-вторых, если верить историку искусства Елене Беспаловой, десять лет собиравшей сведения о французском периоде творчества Бакста, до сих пор остающемся в тени (три четверти жизни художник провел в России, однако три четверти своего наследия создал в эмиграции) и обобщенном в прекрасной книге «Бакст в Париже» издательства «БуксМАрт», он «познал редкую прижизненную славу» и вряд ли какой-то другой художник был так популярен в мире перед началом Первой мировой войны, как Лев Самойлович.
Делу помогли и работа в театре, и удачное стечение обстоятельств, рано сведшее Бакста с миром моды, гениальными продюсерами и не менее выдающимися маршанами, не говоря уже о «титанах модернизма», от Амедео Модильяни и Анри Матисса до Пабло Пикассо и Диего Риверы. Бакст был востребован как мало кто из его современников, работал на износ (кормил целую ораву нахлебников), но постоянно комплексовал по поводу того, что разменивается на пустяки. В самом деле, что такое рисунки тканей для парижских домов моделей или сказочные росписи для особняка Ротшильдов в сравнении с так никогда и не написанными философическими холстами, о которых Бакст мечтал, оформляя очередную антрепризу с участием Иды Рубинштейн или Анны Павловой!
Бакст Л. Серов и я в Греции: дорожные записи. Государственная Третьяковская галерея. М., 2016. 134 с.
Повышенно восприимчивый, державший нос по ветру и постоянно искавший новых ощущений, Бакст страдал от собственной универсальности, предчувствуя, что все эти рисунки и рабочие эскизы, рассеянные по всему свету, большой славы ему через столетие не принесут. И действительно, крупные ретроспективы художника, прошедшие к его юбилею в прошлом году в Москве и Петербурге, логично базировались на вещах из российских музеев.
«Спустя 100 лет судьба сыграла с Бакстом злую шутку, — пишет Беспалова в своем увлекательном исследовании, построенном как искусствоведческая психодрама, объясняющая, каким образом художник переживал (и перемалывал) обрушившуюся на него славу. — При жизни он был над всеми, а теперь не попадает никуда. В книгах о русском Париже его нет. Нет его в исследованиях, посвященных стилистическим течениям французского искусства. Бакста теснят даже с его территории — сценографии».
Известно, что художник оформил для Дягилева 16 балетов, написал 6 либретто, какое-то время фактически работал худруком «Русских сезонов». Но центром эффектного альбома, выпущенного издательством «Слово/Slovo», являются лишь 10, ведь только о них, практически целиком оформленных Бакстом, написал эссе Жан Кокто. Тексты эти впервые — и с помощью Комитета Жана Кокто, предоставившего права на публикацию, — переведены на русский Игорем Марковым (открывает альбом большая биографическая статья Григория Климова).
Лев Бакст. 1866 - 1924. Художественное наследие. М.,Слово/Slovo, 2016. 200 c.
В лирических монологах Кокто, посвященных, к примеру, «Клеопатре» и «Елене Спартанской» или же «Дафнису и Хлое», отмечается особенно тщательная разработка в костюмах и декорациях, и даже в тканях, эгейских и греческих мотивов. Кстати, на этом отдельно фиксируется и Беспалова, детально анализирующая источники вдохновения Бакста.
Чтобы увидеть, как факты и жизненные впечатления становятся элементами оформительских конструкций, нужно прочесть или хотя бы пролистать тетрадь, которую Лев Бакст вел в 1907 году, путешествуя вместе с Валентином Серовым по Греции. Третьяковка опубликовала этот обаятельный травелог (серия «Земной шар глазами художника») в формате традиционного художнического блокнота, необходимого для фиксации мгновенных впечатлений.
Бакст перерисовывает орнаменты и фрагменты росписей в музеях и на местах археологических раскопок (Кносский дворец в Ираклионе или Львиные ворота в Микенах позже украсили его монументальные, стилизованные задники все в той же «Елене Спартанской»). Вот и Серов точно так же разминает береговые линии и ландшафты, претворившиеся затем в «Похищении Европы», «Одиссее и Навзикае» и других поздних работах. Обаятельные тексты, набитые бытовыми подробностями навсегда ушедшей эпохи, аутентичные репродукции «почеркушек» и почтовых карточек позволили издать изящную, любовно сработанную безделушку, вполне в модерновом стиле.
http://www.theartnewspaper.ru/posts/4669/
From:
Anonymous( )Anonymous This account has disabled anonymous posting.
OpenID( )OpenID You can comment on this post while signed in with an account from many other sites, once you have confirmed your email address. Sign in using OpenID.
User
Account name:
Password:
If you don't have an account you can create one now.
Subject:
HTML doesn't work in the subject.

Message:

If you are unable to use this captcha for any reason, please contact us by email at support@dreamwidth.org


 
Notice: This account is set to log the IP addresses of everyone who comments.
Links will be displayed as unclickable URLs to help prevent spam.

Profile

zharevna: (Default)
Царевна

September 2017

M T W T F S S
     123
45 678910
1112 131415 1617
18 192021222324
252627282930 

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 22nd, 2017 04:38 am
Powered by Dreamwidth Studios